Третий день

Шум возни горничных за дверями раздражал. Пелена зыбкого и серого сна рвалась каждым новым посторонним звуком, будто ножом. Андариель медленно открыла глаза. Зрачки сузились и будто потонули в красно-золотистом омуте. Во внешних уголках глаз гусиными лапками собрались морщинки из-за того, что свет заставлял жмуриться.
В дверь комнаты постучали. В помещение, поклонившись, вошла прислуга.
-Доброе утро, юная госпожа, - раболепно произнесла она, хотя наследница могла поклясться, что та искренне ее ненавидит.
Чуть кивнув в ответ на приветствие, Шизуо указала на кучу сырой одежды, сгруженной в углу комнаты. Горничная подобрала вещи, поклонилась и, уходя, закрыла за собой дверь. А Андариель стала смотреть в потолок. Правую руку она подложила под голову, левой подтянула вверх сваливающееся легкое одеяло. Однако край покрывала все-таки соскользнул с ее тела, обнажив сильную ногу. Наследница снова вспоминала, что произошло с ней вчерашним вечером.

Она вернулась в поместье глубокой ночью, замерзшая и промокшая до нитки. Никем незамеченная, она проскользнула в свою комнату.
-Тадаима, - прошептала она, фактически ничего не видя перед собой. Девушка устало расстегивала пуговицы мокрой рубашки, джинс... Складывать одежду и белье не было ни сил, ни желания, поэтому она положила все в угол комнаты, зная, что завтра все-равно кто-нибудь придет, чтобы забрать их для стирки. Сама она завернулась в покрывало и села на подоконник, вглядываясь в тьму. Ночь за окном манила своей пустотой, закрадываясь в самые потаенные уголки души. Казалось, что стоит лишь окунуться в эту бархатную черноту, и ты будешь свободен ото всего, что тяготит твое сердце...

Андариель встала с постели и подошла к шкафу, откуда выудила шелковый халат жемчужного цвета. Закрыв дверцу, девушка надела халат прямо на голое тело, поплотнее завернувшись в нежную ткань и потуже затянув пояс. Потом она взяла с книжной полки довольно-таки увесистый том, больше напоминавший альбом, и села обратно на постель. Сейчас Шизуо держала в руках книгу из семейного архива, уворованную ею примерно неделю назад. Книга с тихим хрустом раскрылась на своей середине.
Отец не любил фотографироваться и собирать семейные фото, поэтому снимки отправлялись прямиком в архив. И сейчас, на страницах архивного фолианта, Андариель смотрела на фотографию, где были запечатлены двое: широкоплечий парень с копной каштановых волос и еще один, чуть позади, с жемчужными короткими волосами. Первый смотрел куда-то вдаль, а второй смотрел на фотографа и махал рукой в кадр. Отцу и дяде здесь было не больше двадцати. Девушка перевернула страницу.
Со следующей страницы на нее смотрела беловолосая девушка с большими янтарными глазами, которые лучились счастьем в унисон белоснежной улыбке.
"Андариель де ла Костилья. Родилась и выросла в Португалии, город Фатима..."
Дальше Шизуо прочитать не смогла. Она будто смотрела в воду на свое отражение. Они были похожи, но в то же время и разнились: в глазах Костильи поселилось солнце, когда как в очах Шизуо огонь казался угасшим.
На следующей страницы свадьба новоявленной четы Шизуо. Октябрь 2011 года. Мама была в красивом. но не вычурном платье цвета шампанского. Под легкой тканью без труда можно было разглядеть округлившийся живот, который она заботливо поддерживала изящной рукой. Отец приобнял свою жену, а обоих, видимо довольно крепко, обнял за плечи Сай, стоящий между молодыми. На лице дяди читалось неподдельное счастье. Кай Шизуо легко улыбался, а Андариель отстраняла лицо Сая от своего тонким пальцами, видимо, переливчато при этом смеясь.
Далее в альбом была вставлена пара-тройка фотографий из обычной семейной хроники: Андариель целует в нос Кая, который читал газету, и теперь рассеяно смотрел на жену; Сай, который схватился за голову, потому что проигрался Андариель в карты, летящие теперь в воздухе, а сама Шизуо-Костилья ехидно улыбается; снова Андариель, закутанная в свободную белую накидку, спящая в саду поместья, обнимает живот, внутри которого бьется маленькое сердечко...
Похороны. Много людей в черных траурных костюмах. Отец угрюмо смотрит на темный гроб, усыпанный белыми розами. Его брата на фотографиях нет - как написано далее, он остался со своей новорожденной племянницей. А дальше пустота... Заключение врачей о смерти жены главы клана, сделка с наркоторговцем, сделка по продаже оружия, инвестиции, сделка. договор-договор-договор... Все превратилось в сухие факты. И больше не слова об Андариель де ла Костильи и ее дочери, Андариель Шизуо...
Пальцы дрожали, а к горлу подступал предательский комок душащих слез и эмоций. В голове прочно засел улыбающийся образ-отражение с солнечными лучиками, заблудившимися в глазах. Так вот какой она была... Вернувшийся образ из прошлого, так ослепляюще и обжигающе озаривший ее душу.
Но так было лишь секунду. Заботливо уложив фолиант на самый верх книжной полки, Андариель развернулась к двери и засобиралась в столовую завтракать, надевая серые домашние тапочки.

Столовая

Отредактировано Andarielle Shizuo (28.07.2010 00:06)