Прошла неделя... Неделя бесконечной мороси в окно, неделя пустого взгляда в никуда. Любимые книги не радовали, фотография не приносила удовлетворения. Жизнь стала бесцветной. Она стала такой еще раньше, просто тяжелой ношей отчаяние и колкое внутреннее одиночество пришло лишь сейчас.
"Забавно, а все потому, что ты ушел. Считал меня странной, не от мира сего. Это ты был странным, потому что мелкой девчонке дарил солнце."
За окном низко и практически осязаемо нависло серое небо, распространяя на и без того темный зал тягучий полумрак. Андариель сидела на скамейке у рояля, наигрывая на нем свои чувства.
http://www.yapfiles.ru/show/124665/c16f … 2.mp3.html
Игра была неровной, некоторые ноты непроизвольно получались сильнее и эмоциональнее остальных. В унисон мелодии в окно стучала веткой слива, с которой практически полностью облетели ароматные по лету листья. Солнце, проступавшее из-за туч, вяло бросало лучи бледного света на холодную землю. Тоскливо. Тоска выражалась буквально во всем. Даже в биении сердца девушки - казалось, что оно бьется через раз, медленно перегоняя кровь по стройному, маленькому и хрупкому телу, склонившемуся над бело-черными костями инструмента.
Андариель практически не разговаривала всю прошедшую неделю, ровно со дня похорон старшего братца. Она меланхолично прогуливалась по территории поместья, ездила в центр города рисовать увядающие пейзажи, фотографировать серые моменты. Жизнь текла своим чередом, зализывая раны. Смерть - естественное явление, для кого-то скорое, для кого-то маячащее где-то далеко за горизонтом. Время не останавливается, если мир в очередной раз теряет кого-то из шестимиллиардной своей массы. Оно молча, без слез и истерик, "едет дальше по маршруту", оканчивающемуся далеко за бесконечностью. Остается лишь жить дальше, молча продолжая свой путь к конечному пункту назначения.
О матери после похорон наследница решила пока что больше не расспрашивать. Хотя, кто знает - может это и могло сейчас согреть ее. В рассказах дяди мама была живой и настоящей, а не просто фотографией. слова давали почувствовать, что она жила, любила, хотела увидеть свою новорожденную дочь, услышать ее первые слова и смотреть, как та засыпает. Но для Андариель-старшей "конечная остановка" была уготована сразу после того, как ее дочь закричала, появившись на свет.
Мелодия повторялась уже третий раз. Потом внезапно замерла на высокой своей ноте. Девушка встала, легко шурша белым шелком домашнего кимоно, и отправилась в свою комнату. Очередная попытка привести мысли в порядок - поехать в парк и рисовать-рисовать-рисовать. Пока пальцы, держащие карандаш не замерзнут и не попросят тепла.

Отредактировано Andarielle Shizuo (10.09.2010 01:06)